Три жизни одного мыса
Один и тот же мыс. Сто лет назад — княжеский дворец, куда приезжали Пушкин и Грибоедов. Семьдесят лет назад — санаторий для рабочих, куда давали путевки от профсоюза. Сейчас — место, где загорают туристы и гуляют влюбленные.
Санаторий «Утес» занимает весь мыс Плака. Въезд — через старые ворота с каменными львами. Дальше парк, тенистые аллеи, скамейки с видом на море. И главное здание — бывший дворец Гагариной.
В путеводителе 1928 года «Курорты Крыма» написано: «В бывшем имении княгини Гагариной открыт дом отдыха для трудящихся. Территория 7 гектаров, парк, спуск к морю. Одновременно могут отдыхать 120 человек. Путевки распределяются через профсоюзы». Так началась новая жизнь старого дворца.
Дворец, который стал корпусом
Главный корпус санатория — тот самый дворец, построенный Красновым. Внутри не узнать: высокие потолки, лепнина, камины — все сохранилось. Но вместо княжеских покоев — палаты на 3-4 человека. Вместо бальной залы — столовая.
Старожилы рассказывают: в 50-х в дворцовых залах стояли железные кровати с сетками. Тумбочки, тазики, графины с водой. Аристократический интерьер соседствовал с советским бытом. Сейчас внутри ремонт, но дух времени остался.
Цифры разных эпох
1907 год — дворец построен.
1922 год — открыт дом отдыха.
120 человек — вместимость в 1928 году.
350 человек — сейчас.
7 гектаров — площадь парка.
200 метров — до моря.
Парк, помнящий всех
Парк заложен в 1811 году. Старше Никитского сада. Здесь растут секвойи, кедры, кипарисы, оливы, пробковый дуб. Некоторым деревьям по 200 лет. Они видели Пушкина, который гулял по этим аллеям. Видели княгиню, которая сидела на этой скамейке. Видели рабочих, которые курили под этими соснами.
Сейчас в парке тихо. Дорожки ухожены, скамейки покрашены. Местные приходят сюда с детьми, туристы фотографируются. Кто-то читает, кто-то просто смотрит на море. Парк никуда не торопится. Он умеет ждать.
В 1967 году в санатории отдыхал писатель Виктор Некрасов. Он потом написал в очерке: «Лежу на скамейке в парке, смотрю на море. Вокруг кипарисы, секвойи, магнолии. Где-то здесь гулял Пушкин. А теперь я. И море все такое же. Хорошо, что море не меняется».
Пляж
Пляж санатория — галечный, чистый. Спуск по лестнице — 200 ступенек. Обратно тяжеловато, но для сердца полезно. Вода прозрачная, глубина начинается сразу. Есть раздевалки, туалеты, кафе. Лежаки и зонтики платно.
По бокам от пляжа — дикие камни. Там можно уединиться, если не боитесь острых скал и холодной воды. Местные говорят: самое чистое море именно у этих камней.
Лечение
Санаторий специализируется на сердечно-сосудистых и нервных болезнях. Лечат морем, воздухом, солнцем. Плюс физиопроцедуры, массажи, ванны. Советская база, но оборудование новое.
В 80-е сюда приезжали со всего Союза. Говорят, очередь была на год вперед. Сейчас проще — можно купить путевку или просто приехать погулять.
В книге отзывов санатория 1985 года запись: «Приехал с инфарктом, еле ходил. Месяц здесь — бегаю как молодой. Воздух, море, сосны — лучше всяких лекарств. Спасибо, Утес!» Подпись — Иван Петрович, Донецк.
Как попасть на территорию
Если вы отдыхающий — проходите по путевке.
Если просто погулять — вход платный. Билет 300-400 рублей (2025). Можно ходить по парку, смотреть на дворец, сидеть на скамейках. До пляжа не пустят — он только для отдыхающих.
Координаты: 44.593333, 34.368611.
Как добраться: от Алушты 12 км в сторону Ялты. Автобусы 52, 53, 55 до остановки «Санаторий Утес».
Что рядом
Дворец Гагариной — он же главный корпус. Можно обойти со всех сторон, рассмотреть детали, башни, герб над входом.
Мыс Плака — скалы, море, ветер. Оттуда открывается лучший вид на санаторий.
Партенит — 3 км. Поселок с парком «Айвазовское», набережной, кафе.
Аю-Даг — Медведь-гора. Видна прямо с территории санатория.
Самый удивительный контраст — в тихий вечер. Садится солнце, море становится лиловым. В парке зажигаются фонари. На скамейке сидит бабушка в советском халате — местная, пришла подышать воздухом. А рядом с ней — девушка в купальнике, приехала из Москвы на выходные. И обе смотрят на одно и то же море. И обеим хорошо. И море все такое же, как при Пушкине, при княгине, при рабочих в 30-х. Оно никуда не торопится. Оно вечное.